Некрополь — город живых
История возникновения неформального движения
Тульский некрополь
Двадцать лет назад, 13 марта 1998 года был создан музей «Тульский некрополь». Происхождение музея исключительно: он вырос из волонтерского движения, поставившего себе целью спасение старинных городских кладбищ. Сегодня мы вспоминаем о людях, чьими стараниями были не только сохранены редчайшие памятники XVIII—XX веков, но создан вдохновляющий пример сплочения горожан и совершения ими реальных действий по сохранению исторического наследия города. На этом сайте мы размещаем воспоминания участников движения, высказывания без купюр, а также ранее не публиковавшиеся фотографии и документы. Страницы сайта будут дополняться новыми материалами: интервью, биографиями, записками-воспоминаниями, документами.
«Полнота жизни ощущается только на кладбище»

По «Перспективному плану архитектурного развития города Тулы.
1972–1974», исторические кладбища города, к этому времени закрытые для захоронений: Всехсвятское, Спасское (Зареченское) и Чулковское (Солунское, Пролетарское), подлежали сносу с последующим использованием их территорий. В частности, через Всехсвятское кладбище предполагалось провести транспортные магистрали для соединения улиц Первомайской и Кауля. Южная часть территории кладбища, которая отрезалась таким образом, предполагалась к застройке, а северная, прилегающая к Всехсвятскому собору, должна была стать парковой зоной. Начало реализации этого проекта планировалось на 1980-е годы.

Ковшарь Ирина Григорьевна
искусствовед, участник неформального движения «Тульский некрополь», первый директор муниципального музея «Тульский некрополь», в настоящее время научный сотрудник Тульского историко-архитектурного музея
Указатель для участников движения.
Поскольку Всехсвятское кладбище возникло в 1772 году, оно считается историческим объектом. По тогдашнему законодательству для сноса такого объекта требовалось экспертное заключение Министерства культуры РСФСР. Руководитель службы Архитектурного надзора Леонард Владиславович Тыдман направил специалистов в Тулу, наказав: «Ну, вы там поезжайте, посмотрите; что найдете — сфотографируйте и пишите заключение». Этими специалистами были Владимир Константинович Катков и Владимир Александрович Простов. Как они рассказывали позже, увидев Всехсвятское кладбище, они пришли в большое волнение, отсняли шесть фотоплёнок (родившиеся до 2000 года это оценят) и вернулись к Тыдману со словами: «Нельзя сносить, музеефицировать надо!». Честнейший профессионал, Леонард Владиславович отказался согласовывать снос кладбища и, более того, организовал работу по его изучению.
На протяжении нескольких лет (1980—1986) Катков и Простов еженедельно приезжали в Тулу, проводили топографическую съёмку Всехсвятского кладбища. На участке площадью примерно 9 гектаров они зафиксировали все (!) надгробия, оградки, холмики, записали все имена, которые могли вычитать на надгробных памятниках, сделали сотни фотографий. При содействии производственной группы по охране и эксплуатации памятников истории и культуры при Управлении культуры Тульской области (руководитель Г.В. Чоговадзе), были поставлены на учёт несколько десятков надгробий, имеющих особую художественную или историческую ценность. Одновременно предпринимались действия для формирования общественного мнения.
Он еженедельно приезжал в Тулу, глубоко и разносторонне эрудированный, с огромным чувством юмора, он об истории Тулы и об отдельных ее гражданах знал больше, чем мы, туляки.
В это же время о. Ростислав Лозинский, доктор богословия, видный историк церкви и церковной архитектуры, обеспокоенный вопросом неприглядного состояния тульских исторических кладбищ, обратился к общественности. В газете «Молодой коммунар» была опубликована статья «Над вечным покоем», написанная Р. Лозинским и Л. Дзиговской, впервые озвучившая проблему сохранения кладбищ, на которых у каждого коренного жителя города были родные могилы. Статья вызвала серьезный резонанс среди тульской общественности. В городских СМИ появились отзывы как рядовых жителей города, так и специалистов.
В поддержку сохранения кладбищ выступили архитекторы, писатели, преподаватели тульских вузов, краеведы В.Н. Ашурков и Н.А. Милонов и многие другие. Собственно, с этой статьи и можно отсчитывать начало общественного движения «Тульский некрополь».
Известно, что в каждом городе есть любители прогулок по старым, заброшенным кладбищам. Некоторые из них проявляют пытливость, и не просто смотрят по сторонам, а фиксируют находки, кто-то даже сидит в архивах и ищет информацию о заинтересовавших людях. Таким любителем в Туле был в то время Алексей Камоликов, который ещё до начала планомерных работ по изучению тульского некрополя накопил интересный материал. Так что тема старинных кладбищ возникла не на пустом месте и не только в связи
с исследовательскими работами москвичей.
Когда и при каких обстоятельствах познакомились Владимир Простов и
о. Ростислав, достоверно неизвестно, но с начала лета 1986 года на Всехсвятском кладбище силами энтузиастов (сейчас их называют волонтёрами) стали проводиться регулярные субботники (точнее, «пятничники»). На них шла работа по расчистке участков от мусора, выявлению старинных надгробий, их отмывке, если надо, то и по перекантовке и установке на место. Руководил работами чаще всего Владимир Простов. Глубоко и разносторонне эрудированный, с огромным чувством юмора, он об истории Тулы и отдельных ее граждан знал больше, чем мы, туляки. В первый сезон были расчищены участок Ваныкиных, надгробие А. Дельвига, извлечены из ям надгробия М. Веницеевой и кн. А. Горчаковой, подняты и установлены жертвенники на могилах Ф. Васильева, П. Мясоедовой, неизвестного (жертвенник «с пророком») и другие.
Временами на субботники приходил Ростислав Романович. У него тогда уже очень болели ноги, поэтому он стоял, держась за оградку, и наблюдал за работами. Его волновало, чтобы никто не поранил руки, не надорвался, поднимая тяжести. Иногда он приносил участникам сувениры: фотографии, книжки по истории тульского края, а то и мешочек яблок из собственного сада.

В первые сезоны (1986—1991) еженедельно на субботники приходило 15—30 человек. Это были совсем разные люди: инженеры, журналисты, архитекторы, музейные и библиотечные работники, рабочие, преподаватели, студенты, школьники. Несколько раз Геннадий Крестьянкин приводил свой театр. Постепенно вокруг Простова и Камоликова сложилось ядро: Ольга Подъемщикова, Александр Шевчук, Любовь Савина, Владимир Сухопаров, Лиана Тимофеева, Игорь Юркин, Наталья Дорохина (Кириленко), Николай Трофимов… Атмосфера на субботниках царила дружная и весёлая. Сейчас трудно объяснить почему. Это было общение людей, объединённых общими идеями и чувствами: в чрезмерно идеологизированном советском обществе возникла подсознательная потребность в духовности; среди цинично-прагматичной обывательской жизни особое значение приобрела работа, не связанная с получением какой-либо выгоды; в разрушаемом старинном городе было важно начать работу по сохранению исторических памятников. Такие или похожие идеи бродили тогда в головах. Никто из участвовавших в субботниках не считал себя ни антисоветчиком, ни диссидентом, но и официальная идеология отнюдь не пользовалась благосклонностью.

А вот эрудиции прибавлялось, благодаря лекциям Простова, ведь он очень любил поразмышлять о семантике культуры, форм, надгробной резьбы, обрядах и прочем, что было очень интересно и делало для нас кладбище еще привлекательней.
О религиозности. Несмотря на то, что одним из организаторов субботников был протоиерей
Ростислав Лозинский, никакой религиозной пропаганды не велось. Никто ни у кого не интересовался, верующий ли, воцерковлённый ли. А вот эрудиции прибавлялось — благодаря лекциям Простова: ведь он очень любил поразмышлять о семантике культуры, форм, надгробной резьбы, обрядах и прочем, что было очень интересно и делало для нас кладбище еще привлекательней.

Наряду с работами на субботниках продолжалось исследование кладбищ. Так, на Чулковском кладбище Простовым и Камоликовым были обнаружены надгробия А. Сурнина, Е.Е. Штадена, Д. Джонса. На Спасском кладбище ими же был обнаружен большой участок Лялиных, надгробия Шемариных, участок членов семьи Н. Лисицына и др.
Движение по спасению некрополей поддержали средства массовой информации Тулы. Особенно активно освещала проведение субботников, объясняя цели и задачи работ по изучению исторических некрополей, газета «Молодой Коммунар». Ольга Подъемщикова вела в этой газете рубрику «Наследство тульских мастеров». Это позволило донести проблему исторического некрополя до населения всего города; люди поверили в спасение кладбищ, стали активно принимать участие в субботниках, навещать родные могилы, заметно увеличилось число ухоженных участков.

Тема судьбы исторических некрополей оказалась весьма актуальной. В «Литературной газете» вышла статья известного писателя, туляка по происхождению Владимира Лазарева под название «Трава забвения? Нет, свет памяти!». В одном из популярных журналов была опубликована повесть С. Каледина «Смиренное кладбище», очень точно освещающая ситуацию со старинными кладбищами.

В следующие сезоны, когда выяснилось, что основное ядро активистов сохранилось, и что жители города нас поддерживают, мы решили зарегистрировать неформальное объединение (формулировка тех годов). Возник вопрос, как назваться. Первое, что пришло в голову — общество «Память». Но такое название уже было у одиозной организации, позиционирующей себя как русское националистическое, а на деле шовинистическое, общество. Единогласно отказались от такого названия и решили, что будем именоваться просто: неформальное движение «Тульский некрополь». В регистрации очень помогла председатель Тульского отделения Фонда культуры Н.В. Кондакова.

Мы много разговаривали о том, в какой форме возможно и нужно вести работу по изучению и сохранению исторических кладбищ Тулы и, конечно, постоянно возвращались к идее музеефикации. Прикидывали варианты. Так или иначе приходили к выводу, что нужно создавать новый музей, «Некрополь», уж очень специфический вырисовывался профиль потенциальной коллекции: ни художественный, ни краеведческий музеи с таким не справились бы.

Тульский некрополь. Всехсвятское кладбище. Выпуск первый и единственный. Издание Тульского отделения ВООПИК, 1990
Идея создания музея немного пугала. Не нужно забывать, что это был конец 1980-х, и неповоротливая чиновничья система не желала принимать к реализации новые идеи. Впрочем, оказалось, что не всё так дремуче.

Нашей деятельностью заинтересовался начальник комитета по культуре горисполкома Геннадий Степанович Красненко. Он поддерживал нашу работу, его не смущало даже, что негласным руководителем движения был священник, хотя и на пенсии (напоминаю, что примирение государства и церкви произошло лишь после 1989 года, после празднования 1000-летия Крещения Руси). Именно Геннадию Степановичу принадлежит идея опубликовать брошюру
Р.Р. Лозинского «Тульский некрополь», которая лежала в машинописном варианте уже несколько лет. Красненко привлёк для этого Общество охраны памятников в лице его тогдашнего председателя В.Г. Ходулина. К сожалению, в выпускных данных указано: «Составитель и ответственный за выпуск В.Г. Ходулин. Фотографии из архива Р.Р. Лозинского». Таким образом, Лозинский как бы выпал из списка авторов брошюры. И это неправильно, заслуга Ходулина состоит лишь в подборке стихотворных отрывков. Авторство всего остального принадлежит Ростиславу Романовичу. Думаю, пора восстановить справедливость и внести «Тульский некрополь» в список напечатанных
трудов Лозинского.

На титуле этого небольшого, но первого печатного труда о тульском некрополе после восьмидесятилетнего перерыва, обозначено «Выпуск первый». Планировалось сделать подобную же брошюру по Спасскому (Зареченскому) и Чулковскому кладбищам. Но, к сожалению, эти выпуски не состоялись.
Встреча участников неформального движения «Тульский некрополь».
Лето 1990 года.
Первый ряд слева направо: Екатерина Серова, Галина Тенцер, школьники – участники субботника; второй ряд слева направо: Софья ?, Галина Тарасова, Людмила ?, Алексей Камоликов, ?, Владимир Сухопёров, Нина Кондакова, Владимир Куликов, о. Ростислав Лозинский, Владимир Простов, Ирина Ковшарь, Игорь Юркин, Илья Сохненко, Николай Трифонов, Любовь Савина.
Летом 1990 года Ростислав Романович Лозинский в ознаменование 10-летия начала изучения тульских старинных кладбищ собрал всех, кто считал себя членами неформального движения «Тульский некрополь». Встреча проходила в зале колокольни Всехсвятского собора. В память об этой встрече остались подарки, которыми о. Ростислав одарил всех присутствующих и общая фотография на ступенях колокольни. На этой встрече возникла идея сделать выставку, представляющую результаты многолетних работ на Всехсвятском кладбище.

Эта выставка состоялась при поддержке горисполкома (так тогда называлась администрация города) и заместителя председателя горисполкома по социальной работе Л.В. Ветровой. Были изготовлены эстампажи некоторых лапидарных резных изображений и текстов, гипсовые слепки элементов белокаменных надгробий, сделаны фотографии. Выставка открылась в Выставочном зале художественного музея (Красноармейский пр., 16) в конце декабря 1990 года. На открытии присутствовали Р.Р. Лозинский, Л.П. Ветрова, Г.С. Красненко, члены неформального движения «Тульский некрополь» и удивительно большое количество жителей города. Выставка вызвала огромный интерес, ее посещаемость была в несколько раз выше обычной. К сожалению, материалы выставки, переданные после экспонирования на временное хранение в краеведческий музей, почти полностью погибли из-за ненадлежащего хранения.
Тем не менее, выставка имела важные последствия. Во-первых, стало ясно, насколько высок интерес тульской общественности к проблеме сохранения городских исторических памятников, в том числе кладбищ. Во-вторых, по инициативе Г.С. Красненко и Л.В. Ветровой горисполкомом было принято постановление об отмене решения о сносе тульских исторических кладбищ.

В 1990 году В. Простов сообщил нам, что во Львове собираются музеефицировать историческое кладбище. Львовяне обратились к нему с просьбой поделиться методическими разработками. Опыт у Простова был гигантский, но в то время в письменном виде ещё почти ничего не было систематизировано. Ко мне он обратился, как к человеку, работающему в музее и знающему музейные методики и правила ведения документации. Работа свелась к уточнению терминологии, типологизации надгробий, составлению методики выявления, расчистки и восстановления надгробий. Историко-мемориальный музей-заповедник «Лычаковское кладбище» был создан во Львове в 1991 году, сейчас это один из популярнейших туристических объектов города.

Девяностые годы заставили людей буквально выживать. Наши субботники стали нерегулярными, приходили только самые горячие энтузиасты. Но идея музеефикации некрополей не угасала. В.А. Простов и я занимались тотальным обследованием участков, на которые были составлены топографические схемы, заполняли карточки научного описания старинных надгробий, А.А. Камоликов описывал захоронения известных людей советского периода.

Казалось, что результаты этих работ лягут в стол. Однако, как выяснилось, комитет по культуре администрации города (председатель Н.Ю. Травин) вел подготовительную работу по учреждению музея «Тульский некрополь». На рубеже 1997—1998 годов от меня потребовали составить и оформить концепцию нового музея. Зимой 1998 года концепция была заслушана на заседании комитета по культуре, а 13 марта 1998 года Н.Ю. Травин подписал приказ о создании муниципального историко-архитектурного и ландшафтного музея «Тульский некрополь». В жизни тульских исторических кладбищ началась новая страница.

Решение Исполкома тульского областного Совета народных депутатов.
«О постановке на государственный учет городских кладбищ как комплексных памятников архитектуры малых форм и истории», 1991.
И.Г. Ковшарь
Made on
Tilda